nerm_ykt

Categories:

Анализ показывает прочную и широкую иммунную память после инфекции SARS-CoV-2 .

  • Большинство выздоровевших пациентов с COVID-19 имеют широкий, прочный иммунитет после заражения
  • Нейтрализующие антитела проявляют двухфазный распад с периодом полураспада >200 дней
  • Спайковые IgG+ В-клетки памяти увеличиваются и сохраняются после заражения
  • Прочные полифункциональные CD4 и CD8 Т - клетки распознают различные области вирусного эпитопа

Краткие сведения

Прекращение пандемии COVID-19 потребует длительного иммунитета к SARS-CoV-2. Здесь мы оцениваем 254 пациента с COVID-19 в продольном периоде до 8 месяцев и находим устойчивые иммунные реакции на широкой основе. Антитела, связывающие спайки SARS-CoV-2 и нейтрализующие антитела, демонстрируют двухфазный распад с длительным периодом полураспада >200 дней, что предполагает образование плазматических клеток с более длительным сроком жизни. 

Инфекция SARS-CoV-2 также повышает титры антител к SARS-CoV-1 и распространенным бетакоронавирусам. Кроме того, сохраняются специфичные для спайка IgG+ В-клетки памяти, что хорошо предвещает быструю реакцию на антитела при повторном воздействии вируса или вакцинации. 

Специфичные к вирусу CD4+ и CD8+ Т-клетки полифункциональны и поддерживаются с предполагаемым периодом полураспада 200 дней. Интересно, что ответы CD4+ Т-клеток одинаково нацелены на несколько белков SARS-CoV-2, в то время как ответы CD8+ Т-клеток предпочтительно нацелены на нуклеопротеин, что подчеркивает потенциальную важность включения этого нуклеопротеина в будущие вакцины. В совокупности эти результаты свидетельствуют о том, что широкий и эффективный иммунитет может сохраняться в течение длительного времени у выздоровевших пациентов COVID-19.

Графическая аннотация

Вид Большой ИзображениеСкачать изображение высокого разрешенияСкачать (PPT)
Вид Большой ИзображениеСкачать изображение высокого разрешенияСкачать (PPT)

Ключевые слова

Введение

Пандемия COVID-19, вызванная быстрым распространением ТОРС-КОВ-2, нового бета-коронавируса, продолжает вызывать значительную заболеваемость и смертность. Индукция эффективного раннего иммунного контроля SARS-CoV-2 и долговременной иммунной памяти имеет решающее значение для предотвращения тяжелых заболеваний и защиты при повторном воздействии. Инфекция SARS-CoV-2 индуцирует поликлональные гуморальные и клеточные реакции, направленные на несколько вирусных белков, описанных в поперечных и продольных исследованиях.1 Более всесторонние количественные анализы с обширной последовательной выборкой большего числа пациентов с COVID-19 ограничены и могут разрешить некоторые противоречивые мнения о стойкости гуморального иммунитета. Важно отметить, что определение частоты, иммунной функции и специфичности антител; реакции В-и Т-клеток памяти у пациентов с COVID-19; и определение того, когда они появляются и как долго они сохраняются, может обеспечить понимание неотъемлемых компонентов длительного иммунитета к SARS-CoV-2 и потенциально другим коронавирусам человека, которые появятся в будущем.2Мы инициировали две предполагаемые когорты пациентов с COVID-19 в Сиэтле и Атланте во время первого всплеска пандемии для изучения долгосрочного иммунитета к SARS-CoV-2. Среди 254 пациентов с COVID-19, зарегистрированных и часто отобранных, мы идентифицируем связывающие и нейтрализующие антитела к SARS-CoV-2, а также антигенспецифичные В-и Т-клетки, выявленные на ранних стадиях после заражения, определяем их особенности, количественно оцениваем степень усиления перекрестно-реактивных ответов антител на другие коронавирусы и дополнительно характеризуем скорость распада и долговечность этих иммунных параметров в течение 250 дней. Мы используем высоко стандартизированные или валидированные анализы, которые также используются для оценки иммунитета в недавних и текущих клинических испытаниях вакцин.3,  4,  5 Это углубленное продольное исследование демонстрирует, что устойчивая иммунная память сохраняется у большинства пациентов с COVID-19, в том числе с легкой формой заболевания, и служит основой для определения и прогнозирования длительного иммунитета к SARS-CoV-2 после естественной инфекции. Это исследование также послужит ориентиром для иммунной памяти, индуцированной у людей вакцинами против SARS-CoV-2.

Результаты

Исследуемая популяция COVID-19

Пациенты, подтвержденные COVID-19, были привлечены к нашему продольному исследованию специфической В-и Т-клеточной памяти SARS-CoV-2 после заражения. В общей сложности 254 пациента были зарегистрированы в двух местах, Атланте и Сиэтле, начиная с апреля 2020 года, и вернулись для последующих посещений в течение 250 дней. Мы смогли собрать образцы крови в 2-3 временных точках у 165 пациентов и в 4-7 временных точках еще у 80 пациентов, что позволило нам провести продольный анализ специфичных для SARS-CoV-2 В-и Т-клеточных реакций у большого числа инфицированных пациентов. Демографические и базовые характеристики этой когорты описаны в таблице S1. Исследуемая группа состояла из 55% женщин и 45% мужчин в возрасте от 18 до 82 лет (медиана, 48,5 лет). Основываясь на руководящих принципах Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) по тяжести заболевания, у 71% участников исследования была легкая степень заболевания, у 24% была болезнь средней степени тяжести и у 5% была тяжелая болезнь.

Реакция антител на спайковый белок SARS-CoV-2 демонстрирует двухфазный распад с увеличенным периодом полураспада

У пациентов с COVID-19 (n = 222) в течение 8 месяцев после появления симптомов оценивали связывающие антитела к полноразмерному спайковому белку SARS-CoV-2, к домену связывания рецепторов (RBD) и к N-концевому домену (NTD) спайкового белка. Мы включили здоровых людей в возрасте 18-42 лет в качестве отрицательного контроля, продольные пробы крови которых были собраны до возникновения пандемии COVID-19. Эти образцы перед пандемией (n = 51) были получены от получателей либо сезонной инактивированной вакцины против гриппа (n = 27, собранной в 2014-2018 годах), либо вакцины против живого вируса желтой лихорадки (YFV-17D) (n = 24, собранной в 2005-2007 годах). Мезомасштабный мультиплексный анализ использовался для измерения ответов антител IgG, IgA и IgM на белки SARS-CoV-2 у пациентов с COVID-19 и у здоровых контрольной группы до пандемии.Величина сывороточных антител IgG, связывающихся со спайковым белком SARS-CoV-2, увеличилась у 92% выздоравливающих участников COVID-19 (n = 222) по сравнению с контролем до пандемии (рисунок 1А). Игг ответы на торс-ков-2 шип, РБД и НТД со временем снижается с периодом полураспада 126 (95% доверительный интервал [95% Ди] [107, 154]), 116 (95% ки [97, 144]) и 130 (95% Ди [110, 158]) дней, соответственно, по оценкам экспоненциальным затуханием модель (рис. 1а–1С и С1А). Мы также оценили убыль антител, используя модель степенного закона, которая моделирует сценарий, в котором скорость распада антител со временем замедляется. Модель степенного закона лучше подходит для распада спайка SARS-CoV-2, антител к RBD и NTD, связывающих IgG (DAICs > 10), предполагая, что специфичные для спайка антитела со временем плато. Поскольку скорость распада изменяется со временем, период полураспада, как ожидается, также изменится со временем; поэтому мы использовали модель степенного закона для оценки периода полураспада через 120 дней после появления симптомов. Власть закона примерный период полураспада для антител IgG ответы на шип (Т1/2 = 238 дней), рдо (Т1/2 = 209 дней), НТД (Т1/2 = 244 дней) были больше, чем предполагалось по экспоненциального затухания модель (цифры С1и S1C), указывая на то, что концентрация этих антител класса IgG может начать стабилизироваться. IgA (рисунки 1D–1F) и IgM (рисунки 1G–1I) антитела, реагирующие на спайк SARS-CoV-2, также увеличивались после инфекции SARS-CoV-2, но были обнаружены на более низких уровнях и снижались быстрее, чем антитела IgG, реагирующие с SARS-CoV-2. Как и ожидалось, связывающий спайк IgM распадался быстрее, чем связывающие спайк IgA и IgG. Взятые вместе, эти результаты показывают, что реакции антител, особенно антител IgG, были не только стойкими у подавляющего большинства пациентов в течение 250-дневного периода, но также и то, что кривая двухфазного распада предполагает генерацию долгоживущих плазматических клеток, продуцирующих антитело к белку-шипу SARS-CoV-2.

Рисунок 1Продольные реакции антител, связывающих спайки SARS-CoV-2Показать полный заголовокВид Большой ИзображениеСкачать изображение высокого разрешенияСкачать (PPT)
Рисунок 1Продольные реакции антител, связывающих спайки SARS-CoV-2Показать полный заголовокВид Большой ИзображениеСкачать изображение высокого разрешенияСкачать (PPT)

Рисунок 1Продольные реакции антител, связывающих спайки SARS-CoV-2Показать полный заголовок

Мы также изучили реакцию антител на нуклеокапсидный белок SARS-CoV-2 у этих инфицированных пациентов. Как и ожидалось, у пациентов с COVID-19 был выявлен более высокий уровень антител к белку нуклеокапсида по сравнению со здоровыми контрольными группами до пандемии (рисунок S2). Однако антитела, специфичные к нуклеокапсидам, снижались с гораздо более коротким периодом полураспада 63 дня (95% ДИ [58, 70]) по сравнению с антителами к спайковому белку (рисунки S1A–S1C). Кроме того, скорость распада реактивного IgG нуклеокапсида лучше всего соответствовала экспоненциальной модели, а не модели степенного закона, в отличие от того, что мы наблюдали при скорости распада антитела IgG с шипом (рисунок S1A). Таким образом, нуклеокапсидный реактивный IgG не только снижался намного быстрее, но и демонстрировал меньше признаков стабилизации уровней антител, что согласуется с реакцией, непропорционально обусловленной короткоживущими клетками, секретирующими антитела-по крайней мере, на этой стадии иммунного ответа.

Стабильные и долгоживущие реакции антител на распространенные альфа - и бетакоронавирусы человека в предпандемическом здоровом контроле

Нас интересовало, оказывает ли инфекция SARS-CoV-2 какое - либо влияние на уровни антител к циркулирующим альфа-и бетакоронавирусам человека. В качестве прелюдии к этому вопросу мы сначала исследовали уровни антител к спайковому белку двух циркулирующих альфакоронавирусов (229E и NL63) и двух бетакоронавирусов (HKU1 и OC43) в наших образцах до пандемии. Как показано на рисунке 2, во всех 51 образце до пандемии были четко обнаружены уровни антител IgG и IgA к спайковым белкам четырех коронавирусов человека. Это ожидаемый результат, поскольку серопозитивность к этим коронавирусам очень высока у взрослого населения, но что было весьма интересно, так это замечательная стабильность ответов этих антител в течение 200-дневного периода в образцах сыворотки перед пандемией (показано красными линиями на рисунке 2). По существу, это были ровные линии без снижения уровня антител, что ставит под сомнение преобладающее мнение о том, что реакции антител на эндемичные коронавирусы являются недолговечными.6,  7,  8 Хотя нельзя исключать некоторого случайного усиления этих приобретенных в детстве коронавирусных инфекций, эти данные, показывающие такие стабильные титры антител, лучше всего объясняются сохранением долгоживущих плазматических клеток в костном мозге через много лет после заражения.9,  10,  11,  12,  13

Рисунок 2Продольные реакции связывающих антител на другие спайковые белки коронавирусаПоказать полный заголовокВид Большой ИзображениеСкачать изображение в высоком разрешенииСкачать (PPT)
Рисунок 2Продольные реакции связывающих антител на другие спайковые белки коронавирусаПоказать полный заголовокВид Большой ИзображениеСкачать изображение в высоком разрешенииСкачать (PPT)

Рисунок 2Продольные реакции связывающих антител на другие спайковые белки коронавирусаПоказать полный заголовок

Инфекция COVID-19 приводит к повышению уровня антител к двум распространенным человеческим бетакоронавирусам (HKU1 и OC43) и к SARS-CoV-1

Затем мы рассмотрели, оказала ли инфекция SARS-CoV-2 какое-либо влияние на уровни антител к другим коронавирусам человека. Мы измерили связывание антител IgG, IgA и IgM с белками-шипами других известных коронавирусов человека у пациентов с COVID-19 (n = 222 для IgG и n = 190 для IgA и IgM) и сравнили эти данные с 51 образцами здоровых доноров до пандемии. У пациентов с COVID-19 антитела IgG и IgA к альфа-коронавирусам 229E и NL63 не показали каких-либо существенных изменений по сравнению с уровнями антител у здоровых лиц до пандемии (рисунки 2A, 2B, 2F и 2G; Рисунки S1C и S1D). Напротив, антитела IgG и IgA к бетакоронавирусам HKU1 и OC43 были существенно повышены у пациентов с COVID-19 по сравнению с контролем до пандемии (Рисунки 2C, 2D, 2H и 2I; Рисунки S1C и S1D; p После этого повышения уровни антител IgG HKU1 и OC43 снизились с предполагаемыми периодами полураспада 288 (95% ДИ [235, 372]) и 212 (95% ДИ [176, 268]) дней соответственно (модель экспоненциального распада). Уровни IgM к распространенным бетакоронавирусам HKU1 и OC43 были низкими как у контрольной группы до пандемии, так и у пациентов с COVID-19 (рисунки 2M и 2N). В то время как ранее существовавшее воздействие и антитела против HKU1 и OC43 бетакоронавирусов распространены у взрослых, ранее существовавшее воздействие атипичной пневмонии-1 встречается редко, и уровни антител к спайковому белку атипичной пневмонии-1 были очень низкими (по существу отрицательными) в контроле здоровых людей до пандемии. Однако спайк-реактивные антитела к SARS-CoV-1 значительно увеличились после инфекции SARS-CoV-2. Эти повышения были довольно заметными для IgG (р = 0,0038) , а также IgA (р = 0,0084) и, скорее всего, представляют собой перекрестно-реактивные антитела, направленные на спайковые эпитопы SARS-CoV-2, которые сохраняются между SARS-CoV-2 и SARS CoV-114. Эти недавно индуцированные перекрестно-реактивные антитела IgG, полученные после инфекции COVID-19, снизились с оценочным периодом полураспада 215 дней (95% ДИ [168, 298]) (модель экспоненциального распада) (рис. 2). Вместе взятые, эти результаты показывают, что люди, инфицированные SARS-CoV-2, также могут обладать некоторым повышенным иммунитетом против обычных бетакоронавирусов человека и, что более важно, против SARS-CoV-1.

Устойчивые реакции нейтрализующих антител на SARS-CoV-2 у инфицированных пациентов

Нейтрализующие антитела измеряли с помощью теста на нейтрализацию снижения концентрации живого вируса, в котором используется рекомбинантный вирус SARS-CoV-2, экспрессирующий флуоресцентный репортерный ген mNeonGreen (FRNT-mNG) (рис.3А). В течение первых 250 дней после появления симптомов титры FRNT 50 значительно варьировали у разных людей и варьировались от < 20 до 3726 (рисунок 3А). Из 183 человек, у которых были проанализированы титры продольной нейтрализации, 140 (77%) имели по крайней мере один момент времени, когда титры нейтрализации превышали предел обнаружения (> 20). Семьдесят пять процентов (43/57) пациентов с COVID-19 генерировали нейтрализующие антитела в сыворотке крови в течение 30-50 дней после появления симптомов, и аналогично 72% (48/67) имели измеримые титры в течение 180-263 дней после появления симптомов. Используя модель экспоненциального распада, мы оценили кинетику нейтрализации титров антител после 42-го дня и оценили период полураспада в 150 дней (95% ДИ [124, 226]). Однако, подобно спайк-реактивным антителам, связывающим IgG, мы предположили, что скорость распада нейтрализующих антител может действительно замедляться со временем в течение периода восстановления. Чтобы решить эту проблему, мы применяем к данным закон силы. Модель степенного закона подходит значительно лучше, чем модель экспоненциального распада (DAIC = 9), и период полураспада нейтрализующих антител в течение 120 дней после появления симптомов составляет 254 дня (95% ДИ [183, 400]).

Рисунок 3Нейтрализующие реакции антител к SARS-CoV-2Показать полную подписьВид Большой ИзображениеСкачать изображение высокого разрешенияСкачать (PPT)
Рисунок 3Нейтрализующие реакции антител к SARS-CoV-2Показать полную подписьВид Большой ИзображениеСкачать изображение высокого разрешенияСкачать (PPT)

Рисунок 3Нейтрализующие реакции антител к SARS-CoV-2Показать полную подпись

Затем мы оценили взаимосвязь между уровнями спайк-и RBD-связывающих антител и нейтрализацией SARS-CoV-2. На рисунках 3Б и В показана кинетика реакции на связывание антител с SARS-CoV-2 и RBD у 183 участников, для которых были оценены титры нейтрализации. Они демонстрировали широкий диапазон уровней связывания антител, начиная от не ответивших (n = 11), у которых титры антител не превышали титры в контроле до пандемии (определяется как титр пациентов COVID-19 ниже среднего титра антител до пандемии плюс три стандартных отклонения, см. пунктирную линию на рис. 3B и 3C) тем, у кого уровни IgG > 200 000 А. е./мл. Уровни IgG, связывающего Спайк и RBD, достоверно коррелировали с титрами нейтрализации (>Рис. 3D, E; pВзятые вместе, наши результаты показывают, что индукция нейтрализующих антител происходит у большинства пациентов с COVID-19. Эти нейтрализующие антитела могут сохраняться в течение 8-9 месяцев после заражения и демонстрировать корреляцию со спайком и RBD, связывающим IgG.

Всплеск SARS-CoV-2 и специфичные для RBD В-клетки памяти увеличиваются в течение нескольких месяцев после заражения, а затем снижаются в течение 8 месяцев

В-клетки памяти (МБК) являются важным компонентом гуморального иммунитета и способствуют вирусному контролю, генерируя антитела при повторном воздействии патогена. Мы использовали зонды антигена spike и RBD полной длины для количественной оценки частот спайк-специфичных к SARS-CoV-2 и специфичных к RBD МБК в продольных пробах PBMC от 111 пациентов COVID - 19 (рисунок 4) и от 29 до пандемии контроля (рисунки S3A и S3B). Наша стратегия стробирования проточной цитометрии для идентификации МБК, специфичных к SARS-CoV-2, и их классификации в качестве изотипов МБК IgG, IgM и IgA показана на рисунке 4A.

Рисунок 4Спайк SARS-CoV-2 и специфические для RBD В-клетки памятиПоказать полную подписьВид Большой ИзображениеСкачать изображение высокого разрешенияСкачать (PPT)
Рисунок 4Спайк SARS-CoV-2 и специфические для RBD В-клетки памятиПоказать полную подписьВид Большой ИзображениеСкачать изображение высокого разрешенияСкачать (PPT)

Рисунок 4Спайк SARS-CoV-2 и специфические для RBD В-клетки памятиПоказать полную подпись

Среди общего количества МБК у пациентов COVID-19 (n = 111; Рис. 4 Б) был значительно повышен уровень IgG+ МБК спайка по сравнению с контролем до пандемии (n = 29; Рис. 3А) (медиана увеличения 0,73% против 0,02%; p После резкого раннего расширения в течение первых 2-3 месяцев спайк IgG+ МБК сохранялся у 19 пациентов COVID без снижения до 250 дней после появления симптомов. Эти результаты (рис. 4Б) подтверждаются положительным наклоном (0,004) модели продольного спайка IgG+ MBC-ответов после 30-го дня (95% ДИ [0,002, 0,006], p < 0,001; Рисунки S4A и S4B).Спайк IgM+ MBC появился в течение первых 2 недель после появления симптомов и быстро снизился (рисунки 4C и 4D). Распад продолжался после 30-го дня (наклон = -0,007, 95% ДИ [-0,010, -0,005], p Через месяц после появления симптомов 56% спайковых МБК были IgG+, которые увеличились до пика 80% через 5-6 месяцев (рис. 4D). Циркулирующие спайки IgA+ MBC также были обнаружены у многих субъектов на низких частотах и без существенных изменений с течением времени (30-250-й день: наклон = 0,000, 95% ДИ [-0,002, 0,002], р = 0,91, рисунок 4D).Поскольку RBD содержит первичные нейтрализующие эпитопы на шипе, мы также использовали зонд, специфичный для RBD, для характеристики этого подмножества B-клеток памяти, специфичных для шипа. В целом, примерно 20% спайковых IgG+ В-клеток памяти были нацелены на RBD, что было согласовано у разных субъектов и во времени (рисунки 4E и 4F). Как и ожидалось, РБД+ IgM+ МБК появились на ранней стадии инфекции и впоследствии переключились на РБД+ IgG+ МБК, которые постепенно увеличивались в течение последующего наблюдения (30-250-й день: уклон = 0,004, 95% ДИ [0,002, 0,005], р < 0,001, рисунок 4E). Таким образом, поддержание циркулирующих В - клеток памяти IgG, специфичных для спайка и RBD, предполагает, что эти клетки могут быть привлечены для быстрого вторичного ответа после повторного облучения или вакцинации.

Индукция длительной и полифункциональной вирусспецифической памяти CD4+ и CD8+ Т-клеток у инфицированных пациентов

CD4+ Т-клетки имеют решающее значение для выработки высокоаффинных антителных реакций, а также могут оказывать противовирусное действие. Кроме того, они помогают в ответах CD8+ Т-клеток, которые жизненно важны для уничтожения инфицированных клеток и опосредования вирусного клиренса. Таким образом, мы далее исследовали вирусспецифичные CD4+ и CD8+ Т-клеточные реакции продольно у пациентов COVID-19 и неинфицированных контрольных групп с использованием многомерного многопараметрического ex vivo анализ внутриклеточного окрашивания цитокинов (ICS). Анализ чувствителен, точен и специфичен для обнаружения специфичных к антигену Т-клеток, экспрессирующих множество цитокинов и эффекторных молекул после кратковременной (6 ч) стимуляции пептидными пулами. Наша лаборатория разработала и проверила анализ, и в настоящее время мы используем метод для количественного определения Th1/Th2 CD4+ и CD8+ Т-клеточных ответов в испытаниях вакцины против SARS-CoV-2. Здесь мы оценили реакцию Т-клеток на структурные белки SARS-CoV-2 (S, E, M и N) и вспомогательные белки (ORF 3a, 6, 7a, 7b и 8) с использованием перекрывающихся пулов пептидов, которые охватывают последовательности этих белков.Среди пациентов с COVID-19 у 89% (102/113) были установлены реакции CD4+ Т-клеток (рис.5А), распознающие по крайней мере один структурный белок SARS-CoV-2, который был обнаружен при одном или нескольких посещениях. В отличие от этого, специфические CD4+ Т-клетки SARS-CoV-2 редко выявлялись в неинфицированной контрольной группе с помощью этого анализа (рисунок S3C). Антигенспецифичные CD4+ Т-клетки увеличивались в течение первого месяца после заражения, а затем постепенно снижались в течение последующих месяцев. Их расчетный период полувыведения составил 207 дней (95% ДИ [104, 211]), как показано на рисунке 5A, и эти результаты подтверждаются индивидуальными уровнями ответа CD4+ Т-клеток и наклонами после 30-го дня (наклон = -0,0033, 95% ДИ [-0,0017, -0,0066], р < 0,0001) (рисунки S4C и S4D). Следует отметить, что мы наблюдали широкий диапазон общей величины ответов, некоторые из которых достигали >1% циркулирующих CD4+ Т-клеток, а общая медиана частоты составляла 0,51% (>Рисунки 5А и S5).

Рисунок 5Ответы CD4+ Т-клеток на антигены SARS-CoV-2Показать полный заголовокВид Большой ИзображениеСкачать изображение в высоком разрешенииСкачать (PPT)
Рисунок 5Ответы CD4+ Т-клеток на антигены SARS-CoV-2Показать полный заголовокВид Большой ИзображениеСкачать изображение в высоком разрешенииСкачать (PPT)

Рисунок 5Ответы CD4+ Т-клеток на антигены SARS-CoV-2Показать полный заголовок

Чтобы лучше охарактеризовать развитие памяти Т-клеток при инфекции SARS-CoV-2, мы изучили профили дифференцировки специфичных к вирусу Т-клеток в продольном направлении у пациентов COVID-19. На основе CD45RA и экспрессии CCR7, торс-ков-2-специфических CD4+ Т-клетки были преимущественно центральной фенотип памяти (CD45RA - CCR7+) и в меньшей степени эффекторной памяти (переводят-CCR7-); этот профиль из памяти Т-клеточных подмножеств был очень согласуется между субъектами и стабильны во времени (рис. 5Б). Антиген-специфические CD4+ Т-клеток на Th1-предвзято с преимущественным CXCR3+CCR6 - фенотип, и весьма полифункциональна, с одновременным определением антигена-специфической CD154, ИФН-γ, Ил-2, ФНО-α и реже гранз B в начале фазы подъема (21-60 дней после появления симптомов; средний, на 30 дней) (рис. 5в). Интересно, что многие из специфичных к вирусу CD4+ Т-клеток также демонстрировали эту полифункциональность в момент времени памяти (>180 дней после начала симптома; медиана, 203 дня) (>Рисунок 5D). Циркулирующие специфичные к SARS-CoV-2 Th2 (IL-4, IL-5 и IL-13), Th17 (IL-17) или подмножества, экспрессирующие перфорин, не были обнаружены (рис. 5C и 5D).

Источник

ПыСы: Вообщем, когда все переболеют, тогда пандемия закончится, таков вывод как-бы.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic